Юра Вольфович: «Я не профессионал, и что мне теперь, сидеть и ничего не делать?»

Юрий Вольфович

Юра — художник, каллиграф и дизайнер. Его самый масштабный проект — огромная каллиграфия в центре Ульяновска на Соборной площади. Поговорили с ним о современной каллиграфии, системе образования и Тавриде. Разобрались, как Юра начал творить и узнали, почему он уходит из дизайна.

Содержание:

  1. Сравниваем Юру с Покрасом Лампасом и обсуждаем самый заметный его проект на Соборной площади.
  2. Цель его каллиграфии.
  3. С чего начиналось увлечение каллиграфией.
  4. Юра в каллиграфии 2 года, поэтому он точно знает, как преодолеть синдром самозванца.
  5. Копаем глубже. Начинания в дизайне.
  6. Про высшее образование и отчисление.
  7. Про Тавриду.
  8. Про сегодняшние проекты и планы на будущее.
  9. Уход Юры из дизайна. Почему? К чему он призывает?

Если Холтова (Егор Холтов — ульяновский стрит-арт художник, прим. ред.) можно назвать местным Бэнкси, можно ли тебя назвать местным Покрасом Лампасом?

— Хороший вопрос, но не мне его задавать. Его нужно задавать людям, которые что-то понимают в искусстве и каллиграфии. Покрас красавчик, потому что продвинул это направление. Сейчас его проекты уже выходят за рамки понимания простых смертных. Он начинает погружаться в какой-то дикий арт, но начинал с классической каллиграфии. Как мне кажется, мы работаем в совершенно разных стилях. Я смирился с тем, что памперсы называют памперсами, хотя это подгузники. В каллиграфии всегда будут кричать, что это Покрас. Я к этому отношусь спокойно.

Поговорим о твоем последнем крупном проекте — «История внутри нас» на Соборной площади.

Проект «История внутри нас» на Соборной площади Ульяновска

Каллиграфия «История внутри нас» на Соборной площади Ульяновска

Как на эту идею отреагировали в правительстве (для тех, кто не в курсе, на площади расположено здание администрации губернатора и регионального правительства)?

— Отреагировали по-разному. Изначально я связывался с Машей Рогаткиной. Она достаточно прогрессивная и умная девушка, следит за тенденциями. К каллиграфии на площади отнеслась с восхищением.

Как мне рассказывали, когда проект презентовали губернатору, он не понял, что это такое. Ему объяснили, что это стильно, модно, молодежно и уникально — нужно делать. Он ответил, что тогда необходима массовость. Поэтому мы пригласили студентов, которые делали основу каллиграфии. Ребята закрашивали огромный круг и вложили свою энергетику в этот проект, за что им огромное спасибо.

Были какие-то проблемы с разрешениями?

— Всегда есть проблемы. Это проект, который висел на волоске с самого начала. Сделав черновик презентации, я отправил его Маше (Рогаткиной), а Маша раздала его всем как чистовой вариант.

Потом были выборы, и внезапно победили коммунисты. Мы не знали, что будет. Вдруг они скажут, мол, вы тут ничего рисовать не будете. Хотя проект не относился к политической или религиозной сфере. Это тоже был определенный стресс.

Мы должны были расписывать площадь ко Дню молодежи. Об этом написали в пабликах правительства. В комментариях начал паниковать чувак, который говорил, что у них в это время проходит мотоджимхана и по краске они ездить не могут. Это выяснилось в комментариях Вконтакте, что тоже было очень странно. В итоге мы перенесли проект на несколько дней. Мы сами коммуницировали со своими правительствами: он — с Министерством спорта, я — с Министерством молодежной политики. Такие камни преткновения были постоянно, до самого конца, пока я не сделал последний штрих кистью.

Ух, насыщенно, однако. А как прочитать и понять эту каллиграфию на площади и твои работы вообще?

— Помогут терпение и открытость. Обычно я рассказываю об интересном опыте в моей жизни, когда на улице в Ульяновске, совершенно случайно, познакомился с путешественником. Это был 60-летний грек, он путешествовал уже 10 лет. У меня английский не очень хороший, но мы друг друга понимали. И я спросил его, почему с моим плохим английским мы друг друга понимаем? Он ответил, что если человек откроется навстречу другому, то они поймут друг друга без слов. Этот принцип работает и здесь, но тут даже слова есть.

Юра в творческом процессе

Юра в творческом процессе

Когда я наблюдал, как люди читали каллиграфию, у них в глазах виделось вдохновение, открытие, инсайт какой-то. Ты узнал то, чего не знают другие, расшифровал код. Люди действительно получают от этого кайф, поэтому я никогда не объясняю написанное. Попробуйте прочитать сами.

Есть ли какая-то цель у твоей каллиграфии и творчества?

— Безусловно есть. Здесь мы немножко вернемся к Покрасу. Слушая его лекции, когда я уже начал развиваться в каллиграфии и делал первые проекты, я решил, что нужно изучить эту сферу и понять, что делает каллиграф. Покрас заявляет, что он каллиграфутурист. Он ищет стиль букв, который будет востребован в будущем и станет одним общим языком. На эту тему уже был некий эксперимент с языком эсперанто. Тогда ничего не вышло.

Я начал думать, почему я этим занимаюсь и какая цель у меня. Потом понял, что это простая и нужная вещь — беру старое и превращаю в новое. Фактически, сохраняю традиции, адаптируя под современные реалии. Сейчас мы делаем коллаборацию с девочкой из Якутии. Работаем с якутскими глифами. Она уже сделала рунические символы. Моя задача — преобразовать их в каллиграфический ключ.

И откуда такое увлечение каллиграфией?

— Все началось очень странно, на самом деле. Я уже 9-й год занимаюсь графическим дизайном и всем, что касается рекламы и печатной продукции. Несколько лет занимаюсь видео и аудио продакшном. В итоге, все это сложилось воедино.  Каллиграфия всегда была рядом со мной, но я ее не принимал. Видел, что это красиво, но меня что-то останавливало.

В какой-то момент случился творческий приступ. Захотелось попробовать что-то новое. На последние деньги я пошел в Леонардо, купил держатель, перья и тушь. Пришел домой и начал писать. Я провел за каллиграфией всю ночь, потому что мне действительно это нравилось.

Я занимаюсь каллиграфией только 2-й год. Вначале узнавал и пробовал стили. Есть 3 основных популярных стиля: италик, готика и вязь. Славянская вязь сразу начала получаться, а с готикой были проблемы. Мне сам шрифт не очень нравится. Я вел альбом, в котором писал каждый день. На 4-й день сделал свою первую круговую каллиграфию. Тогда не было никаких учебников. Максимум — пособие по церковной скорописи, а именно вязь не преподавалась в открытом доступе. Было только 2 каллиграфа, которые работали со славянской вязью.

Потом нашел статейку и прочитал, что для того, чтобы стать крутым каллиграфом нужно каждый день по 3 часа писать буквы и прописи. По истечению 3-х лет ты станешь хорошим каллиграфом. Но мне на тот момент было 24 года, и у меня не было 3-х лет на становление. Нужно было делать быстро. К тому же, меня очень увлекло занятие, и я начал стремиться к быстрому постижению.

В общем, 3 года не понадобились?

Конечно. Если тебе нравится дело и ты стремишься к саморазвитию, то всегда прыгаешь через голову, хотя и говорят, что через голову не прыгнешь. Для меня было важно сделать масштабный проект. Когда согласовали стенку в «Квартале» — это было первым шагом. Тогда я только полгода занимался каллиграфией, а уже расписал забор.

первый проект Юры в креативном пространстве «Квартал»

Первый проект Юры в креативном пространстве «Квартал»

И здесь стоит отметить, что наглость — немножко второе счастье. Если ты можешь дерзануть, занимаясь полгода и не будучи профессионалом, сказать, что сделаешь этот проект и сделать его, то ты молодец. Я не себя хвалю, а говорю о том, что после площади мне писали каллиграфы, которые работают только на бумаге. Кто-то хвалил, еще был один, который жестко раскритиковал. Я принял это. То был каллиграф, который занимается 3 года и работает только с холстами и бумагой. У него нет опыта росписи огромных площадей и для меня это тоже было впервые. Вот в чем фишка.

Возвращаясь к Покрасу, в одном из интервью он сказал, что просто был наглым чуваком, готовым рискнуть, и именно поэтому он первый. Не дословно, но такой посыл у него был. Когда я начал смотреть масштабные работы, чтобы понять, как сделать площадь, то нашел только двоих людей — это Покрас и Одинтри. Одинтри — питерский чувак, который расписывал дрифтклуб. Я писал и тому, и другому, но эти люди не отвечают простым смертным. Мне пришлось самому искать решение. Я прибегал к помощи Артмосферы, Передвижника — все эти знакомства получил благодаря Тавриде.

А как «дерзануть» и преодолеть момент, когда ты вроде чем-то занимаешься и получается, но тебе кажется, что ты недостаточно хорош? Так называемый  синдром самозванца.

Надо идти и делать. Невозможно развиваться, если ты находишься под критикой самого себя. Не нужно себя критиковать, нужно рефлексировать. Я постоянно смотрю на работу на площади. Смотрю видео, фото и каждый раз нахожу для себя что-то новое. Какие-то вещи, которые в новом проекте я не сделаю. Ни в коем случае нельзя загонять себя в рамки. Я не профессионал, и что мне теперь, сидеть и ничего не делать? Если профессионалы нихрена не делают — надо самому начинать.

Пускай ничего не выйдет, и ты получишь негативную обратную связь, но в следующий раз сделаешь лучше, ведь у тебя уже будет опыт. Ты можешь думать, что это плохо, но люди увидят и скажут обратное. Еще всегда есть вероятность, что у тебя получится. Действие — это самое важное, тем более в нашем мире, где все бежит. Кто первый, того и тапки. К сожалению, это девиз нашего мира сейчас.

А ведь ты стал заниматься каллиграфией, уже имея опыт в дизайне. С чего все началось?

Мой учитель по химии в школе как-то показал, как работать в фотошопе. Когда я попробовал — это была какая-то магия. Потом меня было не остановить. Начал изучать фотошоп, потом пошел видеопродакшн. Мне было интересно нарезать клипы известных исполнителей и подставлять другие треки. 

В Базарном Сызгане нужно делать какие-то интересные штуки, иначе ты там не проживешь. Я делал все, что можно, иначе мне было скучно. Участвовал во всех творческих конкурсах. Когда появился химический кружок, я записался на него. У нас было радио и газета — я вел в ней свою рубрику, потом стал редактором этой газеты. Я всегда понимал необходимость заниматься чем-то. Некоторые одноклассники занимались какой-то фигней — дрались или щемили кого-то. Мне не нравилось, чем они занимаются.

Потом приехал в город. Здесь компьютеры лучше, больше возможностей. В университете начал зарабатывать первые деньги — тогда было модно делать аватарки на заказ. Ну и меня потащило по этой среде. Я просто развивался, постигая новые знания и улучшая их. Потом начались конференции, профессиональный рост, пошла коммерция.

На твоей странице в ВК в статусе написано: «Выпускники большинства российских ВУЗов крайне востребованы во всех странах мира, где есть очередь на донорские почки».  И ты ушел с 4 курса УлГТУ, потому что понял, что не твое. Как ты считаешь, что не так с академическим образованием?

Да все не так, оно устарело. Я рассуждаю с точки зрения человека, который учился в УлГТУ. Именно в Ульяновске, именно на специальности радиотехника. Рассуждаю, чтобы понять, потому что сейчас в меня полетят гнилые помидоры.

Я на полгода уходил в академ и заново начинал обучение. Жалею, что не ушел после первого курса, когда брал академ. На тот момент мне было действительно сложно. Думал, что мама не поймет, ведь она стремилась подвести к образованию, к вышке. С 9-го класса я начал заниматься радиотехникой, начал распаивать телевизоры у себя дома и паять какие-то вещи по книжке советского автора. В 9-м классе спаял металлоискатель, который на 5 см искал металл. Это с учетом того, что у меня не было всех необходимых деталей, приходилось ездить в город.

За 4 года университета я не нашел для себя ничего нового (всего обучение длилось 5 лет). Вообще, я был один из двух людей, которые держали паяльник в группе. Когда доучился до 3-го курса, понял, что просто трачу время. На тот момент я уже занимался дизайном и это приносило мне деньги. У меня были долги по двум экзаменам, нужно было их сдать. Мне сказали, чтобы сдать, нужно заплатить 70 тысяч, при том, что учился я на бюджете. Я сказал, что лучше себе их оставлю. Для меня это было принципиально — не платить за образование, которое мне не надо. Какой смысл там учиться, если дедушки давно не учат новому. Уже нет радиодеталей, все уже микро и нано. Тебя никто не научит этому, все нужно делать самому.

Методы образования, которые сейчас есть, не действуют вообще. Нужно давно изменить систему образования. Мы заряжаем ноутбуки, телефоны, кеды, кепки — становимся зависимы от розетки. Нужно быть гибкими. Иначе мы так и будем висеть на доске почета, что когда-то первыми полетели в космос, а сейчас нас во всем обошли. Такая штука.

Юра Вольфович

Юра на форуме «Таврида»

Ты сказал, что много полезных знакомств приобрел на Тавриде. В этом году ездил с проектом МузТрип на Стрит-арт смену. Как ты туда попал, и что в итоге получилось?

В первый раз все рекомендовали съездить и хвалили. Я подумал заявку подам, а там уже посмотрим. Когда прошел, отнесся совершенно нормально. Первая смена была по предметному дизайну. Смена была смежная со школой моды, архитекторов и урбанистов. На тот момент я не знал, кто такие урбанисты. Вообще, никто не знал. Шутили, что в любой непонятной ситуации говори, что ты урбанист.

После я стал обращать внимание на архитектуру, предметный дизайн. Это помогло создать мне блокноты, матрешек и многие другие вещи. Я начал активно интересоваться модой. Один из таких проектов — моя коллекция одежды, которая должна выйти к июню.

Матрешки, расписанные Юрием

Матрешки, расписанные Юрием

После первого раза я понял, что если бы не попал на фестиваль, уже зная, что там было, потерял бы огромный пласт своего развития. Таврида за неделю дает реактивное топливо на полгода. Там ты видишь людей со всей России, которые хотят что-то делать и ты можешь с ними менять мир.

Во второй раз я поехал уже осознанно, с готовым проектом, который я реализовал на «Культуре активной». Это ульяновская программа с МИЦ и Коллегией Теодора Хойса. Когда я был участником программы, мы с девушкой создали интерактивную аудиоэкскурсию по городу. Она примечательна тем, что идет под музыку. Эту музыку составляли сами горожане. Мы собирали фокус-группы, водили их по маршруту и спрашивали, какая музыку ассоциируется у них с каждым из памятников архитектуры. Потом мы соединили все в одну экскурсию.

Я поехал на смену стрит-арта, поскольку начал развиваться в каллиграфии. Конвейер проектов — это одна часть смены, а обучение — другая. Классно, когда ты участвуешь во всем. Просто максимально забиваешь свое время. На Тавриду может попасть каждый, просто нужно подать заявку и пройти все испытания. Всем рекомендую туда подаваться, несмотря на все трудности творческих задач. Это очень хороший скачок в развитии.

Расскажи, над чем работаешь сейчас и какие планы на будущее.

— Например, сейчас обсуждаем с Леней (это наш ульяновский шаманистик лайв музыкант), концепт мероприятия, которое будет происходить в магических тонах. Я буду флуоресцентной краской под флуоресцентными лампами писать каллиграфию, а он будет играть свою магическую музыку. Это будет такой крышеснос. Такое мероприятие никогда не проводили в Ульяновске. Это будет весной. 

Есть два проекта, которые запланированы на весну и начало лета. Подробнее рассказать не могу. Про один могу сказать, что это будет грандиозно. Для таких маленьких городов, как Ульяновск — инновация. Что-то новое и странное, но, думаю, впоследствии станет арт-символом города. Реализацию планирую на конец апреля.

Будет что-то такое же масштабное как площадь?

— Думаю, да.

Последний вопрос. Покрас призывает бросать дизайн. К чему призываешь ты?

— Я не призываю бросать дизайн, но лично мое мнение совпало с его. Я сейчас действительно ухожу из сферы дизайна и постепенно делегирую все проекты сотрудникам, которые работают у меня в компании. 

Есть у нас в мире тенденция потребительства, когда производители не успевают производить, как уже общество потребляет. Дизайн ее только поддерживает. А я не хочу, мне это не нравится. Я хочу, чтобы продукты были уникальными. Хочу менять мышление людей через искусство, а не заставлять покупать вещи, которые им не нужны. Моя позиция в том, чтобы через каллиграфию, через то, что человек прочитает, заставить  задуматься над текучкой времени, над социально значимыми проблемами. Я знаю, как донести это до человека, благодаря своему опыту в дизайне и маркетинге.

Мой призыв только к тому, чтобы люди саморазвивались и не стояли на месте. К сожалению, я встречаю много негатива, много социальной дегенеративности. Когда с экранов телевизора тебя скрыто призывают не развиваться, смотреть дебильные ролики, где люди просто кривляются на камеру, ничего не привносить в этот мир и разлагаться, я призываю к тому, чтобы делать что-то интересное, чтобы было что сделать и к чему стремиться. Призываю занимать свою жизнь, потому что она у нас одна. 


Текст: Андрей Абрамов
Фото из социальных сетей героя

P.S. Познакомьтесь с личностью еще одного нашего ульяновского художника — Александром Волковым. А вот тут исследование улиц нашего города от урбаниста Дмитрия Шацкова. Теперь же мы знаем, кто это такие.

Share on facebook
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on twitter

Оставить комментарий:

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*