Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

Не все герои носят плащи, на плечах некоторых — белый халат. Они нередко встречают новый год за операционным столом и не желают друг другу спокойной ночи, чтобы дежурство прошло без эксцессов. О преданности призванию, о противостоянии анестезиологов и хирургов в больнице, о буднях и праздниках пары врачей рассказывают врач анестезиолог-реаниматолог детской областной больницы Ирина Сайгушкина и сосудистый хирург областной клинической больницы Александр Посеряев.

Начнём с самого популярного вопроса: почему вы выбрали именно эту профессию?

Александр: Я врач в четвертом поколении: у меня мама врач-лаборант, бабушка врач-гинеколог, прабабушка оперирующий врач-офтальмолог. Другого выбора у меня просто не было.

Ирина: У меня мама тоже мед. работник. Когда я была маленькая, она работала в приемном покое, и я часто проводила время у нее на работе. Помню, больной на каталке поступает, и тут же я с учебниками. Правда, сразу все свои книжки бросала и бежала смотреть. Мне все интересно было. И дома любимые игры: ставить уколы игрушкам, капельницы на цветы…. Меня можно было уже в 6 лет спросить, кем я хочу стать, и я уверенно говорила: «Врачом». Правда, после школы поступила на финансы и кредит. Меня хватило на год. Бросила и пошла поступать в медицинский. Не вижу себя в другой профессии.

Как прошло ваше боевое крещение? Вы помните своего первого пациента?

Ирина: Самого пациента нет, но свой первый наркоз — да. У меня был хороший учитель. Показал пациента, сказал, что делать, — у меня как-то сразу все получилось. Учитель посмотрел, сказал: «Вижу, анестезиолог будет хороший» (смеется). Опять же, я ведь до этого, пока училась, работала операционной медсестрой 8 лет. Так что все это уже было мое родное, я себя чувствовала уверенно.

А боевым крещением, наверное, нужно считать первое дежурство, когда поступил тяжелый больной. Правда, вспомнить что-то сложно. Волноваться, переживать, анализировать там некогда.

Александр: Мое боевое крещение состоялось в городе Инзе. Я тогда был зеленым ординатором. Меня туда сослали учиться и помогать, остался я там достаточно надолго.

Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

В Инзе было работать сложнее, чем здесь?

Александр: Работы было больше. Город маленький, население небольшое, кадров не хватает. Один врач  — за всех. И уролог, и гинеколог, и все остальные специализации в одном. Было интересно.

А своего первого пациента помните?

Александр: Нет, помню первого мертвого. Знаете такую фразу: у каждого врача есть свое кладбище. Это действительно так. Оно есть. Про того пациента рассказать ничего не могу. Не тактично. Но запомнил я его навсегда.

Это был сильный стресс для вас?

Александр: На тот момент да. Сейчас с такими ситуациями справляешься проще. В больнице жизнь и смерть — они рядом. И человеческая жизнь… всегда висит на волоске. Тот или иной исход зависит буквально от одной капельницы, от одного слова врача, от одного невнимательного взгляда. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день.

Ирина: Нам на работе проговаривали, что пережить смерть первого больного особый рубеж. Если сможешь, будешь работать дальше. Но не все справляются, некоторые уходят. У нас особенно это непросто детская больница ведь.

Играет ли удача какую-то роль в этом деле?

Ирина: Однозначно, везение в медицине должно быть. Не только от мастерства врача все зависит.

Александр: Факторов много, но вообще, правда. Если уж получается, то получается. Но когда не идет дело… и ты можешь быть хоть новичком, хоть корифеем.

Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

Медики вообще суеверны? Вы сами верите в какие-то специфические медицинские приметы?

Ирина: Суеверны, еще как. Какие у нас приметы-то есть?..

Александр: Хирургам, считается, нельзя бриться, ногти стричь перед дежурством. Раньше, когда обрабатывались руки, всегда хирурги постригали ногти и там уже шли работать, т.е. подготовка к операции. Пошло оттуда. Потом на дежурстве, если спать ложишься, нельзя снимать части этой робы, но обязательно надо снять носки.

Ирина: Ни в коем случае нельзя спокойной ночи желать. Еще замечаю, подумаешь о чем-то и обязательно случится. Мысль материальна. Подумаешь, давно не поступал такой-то ребенок и точно поступит. Еще есть закон парных случаев: если один ребенок поступил с каким-то заболеванием, то обязательно будет второй с таким же. Не знаю, с чем это связано. Часто так совпадает. Мистика.

Александр: Скорее, нейропсихология. Психосоматика.

Хорошо, давайте попробуем о более позитивном. Есть ли  в вашей практике эпизод, которым вы особенно гордитесь?

Александр: Понимаете, маленькие победы происходят каждый день. Маленькие победы и большие неудачи. Выделить что-то невозможно.

Ирина: Ну и мы работаем в команде. В реанимации есть старшие товарищи, с кем всегда можно посоветоваться. Мы все вместе. Присвоить какой-то успех только себе нельзя.

Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

То есть отношения со взрослым поколением в больнице у вас складываются хорошо? Врачи вообще дружны?

Ирина: Да, у нас коллектив очень дружный, сплочённый. Наша команда, как большая семья. Это и естественно, мы ведь большую часть времени проводим на работе. Каждый день, плюс, дежурства, которых немало. Да, мы действительно семья. Все поддерживают друг друга. Бегут на помощь, если что-то случается. Выручают. И заведующий хороший. Всегда поможет, посоветует, как правильно сделать, если сомневаешься.

Александр: Мы живем на работе. В прямом смысле. И дружим семьями, и отдыхаем семьями.

Ирина: И на дачи, и в лазертаг поиграть — вместе. Вот недавно на свадьбе все вместе отдыхали.

Александр: Да, представляете, 20 человек врачей. Разных специалистов.

Самая безопасная свадьба! (смеётся)

Александр: Да уж, тамада был удивлен. На торжестве не врач был только фотограф.

Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

То есть знакомых лечить не приходится, раз все врачи?

Ирина: Почему же, у нас есть другая компания, где программисты и экономисты… Им помогаем, конечно, когда им нужна наша помощь.

Когда оказываешь медицинскую помощь знакомому, другу или родственнику, испытываешь прилив мотивации и вдохновения или, наоборот, это ужасный стресс?

Александр: Это повышенный уровень даже не ответственности, а звоночков среди ночи. У меня что-то заболело — что делать? Никогда не отказывали. Если помочь нужно… Надо так надо. Но в основном, действительно у нас друзья врачи и срабатывает принцип «исцели себя сам».

Кстати, в свободное время вы разговариваете между собой о работе или хочется максимально отключится от медицины?

Александр: У нас нет других тем, все разговоры обязательно срываются на работу.

Ирина: Как бы ни старалась, но сводится все равно. Говоришь себе: «Хватит о работе». Но приходишь домой, а у тебя новости, которые хочется обсудить. Саша в анестезиологии понимает, я тоже его понимаю. Мы ведь познакомились на работе, я работала медсестрой в сосудистом отделении, а он туда пришел ординатором. Так что я его отделение знаю, его коллег.

Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

Трудно представить такое максимальное и каждодневное включение в рабочий процесс.

Ирина: Да, людей дежурства шокируют обычно. Это нужно отработать день, остаться на ночь и потом отработать еще день. Полтора суток. А иногда дежурства ставят через день. Домой приходишь только один вечер поспать, а потом снова уходишь на полтора суток. Но это с нашего согласия только, когда не хватает людей, в период отпусков, например.

Александр: А еще Новый год на работе.

Ирина: Да! Два Новых года подряд на работе!

Александр: А я четыре новых года подряд отметил на работе. Но так даже лучше, с меркантильной точки зрения: квартиру искать не надо, идти никуда не надо (улыбается). Плюс в том, что, если ты 31 отдежурил, тебя 3-4-дня могут не трогать.

Когда с 31-го на 1-ое дежурите, на работе как-то отмечаете, встречаете Новый год? Салатики, речь президента, куранты?

Ирина: Сесть и полностью расслабиться ты не можешь. Выпивать нам, естественно, на работе нельзя. Но какие-то салатики — да. Только выдернуть могут в любой момент.

Александр: Как-то раз нам привезли пациента с ножевым ранением вечером 31-го. Мы Новый год встретили в операционной.

Так, разговоры обычно все сводятся к работе, мы поняли. А, например, сериалы про врачей вы смотрите и читаете ли художественную литературу про медиков?

Александр: Я «Клинику» посмотрел четыре раза. Все серии. Все сезоны. «Доктора Хауса» смотрим, конечно. И есть еще такой сериал «Больница Никербокер». Мне понравился. Необычный.

Ирина: И «Игру престолов» смотрим. Там не совсем, конечно про врачей…

Александр: Но всё, как мы, врачи любим: кровь и кишки! (смеётся) А из книг можно порекомендовать «Не навреди», «Когда дыхание растворяется в воздухе».

Вы ведь считаетесь молодыми специалистами? Как реагируют пациенты, узнав, что лечить их будете вы?

Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

Ирина: Да, молодой специалист считается первые 3 года стажа.

Александр: Пациенты реагируют положительно. Пациентам возрастным, которых у нас, на самом деле, больше, все равно. А те, кто помоложе, только за.

Ирина: Никогда такого не было, чтобы пациенты напрягались.

Александр: У меня только с курса человек 6 в областной больнице. У нас средний возраст врачей лет 30.

Ирина: И у нас молодое отделение. Может, только человека 4 пенсионного возраста.

Государство как-то поддерживает молодых врачей?

Александр: В течение трех лет 1000 рублей в месяц доплата молодым специалистам.

Ирина: И выплата 10 000 единовременно, как устроились. Хоть что-то. В районах больше платят. Выплачивают миллион, но нужно пять лет отработать.

А состояние больниц в городе и в районе отличается?

Александр: Если вы имеете в виду в плане оборудования, то областная больница высокотехнологичная. Здесь делают то, что не делают в районе, поэтому тут, конечно, по оборудованию лучше. Но если брать общий уровень – он вполне нормальный. Мы же выезжаем оперировать в районы по сан. авиации. Где-то может чего-то не хватать, но базовую помощь, которую оказывают здесь, там тоже могут оказать. Нет такого, что в районе прямо глухомань, деревня, лечат только подорожником. Нет.

Расскажите немного внутренних составляющих вашей работы.О чем, вы например, думаете во время операции?

Александр: Ни о чем.

Ирина (смеется): Когда домой.

Александр: Да, смотришь на часы. У нас нет такого, как вы представляете: «Зажим, мы его теряем!» Мы делаем плановые операции. Рутинная, однообразная работа.

Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

То есть сериалы врут?

Ирина: То, как в сериалах показывает, бывает на дежурствах.

Александр: Верно, на них вот разное бывает. С ножом в груди могут привезти человека. Даже фото есть, но я их не покажу. Тем не менее в любой операции наступает такой момент, когда уже все нормально, спокойно, и начинаются шутки-прибаутки, обсуждения, кто куда сходил и все такое.

Ирина: Магнитофончик может стоять, расслабляющая музыка…

Александр: Да, стоишь, пританцовываешь, шьешь.

Ирина: Анестезиолог во время операции сидит, смотрит на больного, на монитор. Мы не шьем, конечно. Мы следим за давлением, пульсом.

Это ваша основная работа до операции и после, да?

Ирина: Да, заинтубировать, обеспечить индукцию, наркоз. Потом уже хирурги начинают свое дело.

Александр: Операция — это маленькая часть. Это верхушка айсберга. Все важное до и после.

Ирина: После мы забираем к себе в реанимацию. Там у нас ребенок просыпается. Чтобы ему не больно было, чтобы не было кровотечения никакого, чтобы он вышел из этой операции. Хирург сделал техническую часть. Выхаживание — это уже реанимация.

А по стереотипу считается, что хирурги делают все самое главное.

Ирина: Да-да. всегда так. Анестезиологов вообще не замечают. Они всегда на втором плане, всегда в тени.

Александр: Вечная борьба анестезиологов и хирургов.

Ирина: Анестезиологи не любят хирургов, а хирурги недолюбливают анестезиологов. (смеется)

Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

Вы получается ломаете систему своей парой?

Александр: Ну, мы не работаем в одной больнице, может, в этом секрет успеха.

Вообще каково это: встречаться двум врачам?

Александр: Когда дежурства ставят через день, и они у нас не совпадают… Интересно!

Ирина: Я своему заведующему, когда график составляем, даю график Саши. Прошу поставить мне дежурства так, чтобы они совпадали с Сашиными. Ну и одновременно берем отпуска.

Как работа врачом изменила ваше отношение к жизни? И изменила ли вообще?

Ирина: Ценишь жизнь больше. Она крайне быстротечна.

Александр: В отечественном фильме «Самоубийцы» звучит фраза: «Мы все умрем, но не сегодня». Надо думать о смерти. Она придет. К жизни нужно относиться как к чему-то временному.

И всё-таки. Никогда не думали о том, что если не в медицине, то где бы вы могли себя представить?

Ирина: Нигде, кроме медицины.

Александр: Я в свое время очень любил технику. Физику, математику, хотел идти в политех. Хотя в принципе я всем этим и сейчас потихонечку занимаюсь. С автомобилями, с техникой я на «ты».

Ирина: Он на работе чинит всё.

Александр: Как мед. техник, правда. Но уже слишком много вложено в то, чтобы стать тем, кем я являюсь сейчас. Так что сейчас все бросить и пойти в другую сторону  это преступление.

Ирина: Но детей мы не отдали бы в медицину.

Александр: Они должны спать дома, жить нормальной жизнью и хорошо зарабатывать.

Ирина: А ответственность… — все время ходишь под статьей.

Александр: Презумпция невиновности в медицине почти не работает. Ты по умолчанию виноват. Нужно доказать, то, что случилось это не твои кривые руки.

Ирина: Обратите внимание, сколько сейчас судебных разбирательств.

Александр: Ситуация с женщиной гематологом. Мое мнение, что она не виновата ни в чем. И в принципе большинство врачей ее поддерживают. Но у прокуратуры и власть имущих свой взгляд.

Александр Посеряев и Ирина Сайгушкина: «В больнице жизнь и смерть — они рядом. Грань очень тонкая, и ты перешагиваешь её каждый день»

А каково мнение врачей на трагедию с введением формалина?

Александр: Это ошибка. Даже не врачей, а среднего и младшего мед. персонала.

Ирина: Но ответственность всегда на враче.

Александр: Виноват всегда тот, кто оперирует. Независимо от того, кто совершил ошибку: ассистент, медсестра или санитарка. Даже анестезиолог почти всегда не при чем. Кто приложил руку к больному, тот и виноват.

Ирина: Ты несешь ответственность за все, что происходит. И за всех. То, что произошло — это ужас. Но могло произойти с каждым.

Александр: Жалко всех: и врачей, и медсестер. Но от врачебной ошибки застраховать себя нельзя. Даже такой вариант: ты делаешь одну и ту же процедуру каждый день, набиваешь руку, но всегда окажется кто-то, у кого что-то не так. Больной, у которого анатомия нестандартная. И все.

Ирина: Сопутствующие фоны тоже у всех разные. Предугадать невозможно.

Да, согласна с вами. Скажите, какими тремя качествами, по вашему мнению, должен обладать человек, чтобы стать хорошим врачом вашей специализации?

Александр: Я скажу, но вы, наверно, не напечатаете это. Хладнокровие, безжалостность, терпение. Вот я хирург. Каждый день я делаю людям больно. Если я буду их жалеть, я не смогу ходить на работу

Ирина: Да, сгорает человек. Я считаю, эти три качества: трудолюбие — в нашей профессии очень много надо трудиться, чтобы чего-то достичь —, ответственность и любовь к своей профессии. Я люблю, поэтому мне в ней и хорошо.


Текст: Анастасия Полканова
Фото: Елена Павлунина, Ксения Кириллина
Share on facebook
Share on vk
Share on odnoklassniki
Share on telegram
Share on whatsapp
Share on twitter

  1. Ольга

    Ребята,вы такие молодцы??И меня распирает от гордости ,что я лично знаю такого великолепного анастезиологе и просто замечательного человека,как Ирина??

  2. Владимир

    Интересное интервью. Интересные люди, действительно важные.

Оставить комментарий:

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*